Blues Piano

Блюзовое фортепиано выросло всюду, где на американском Юге стояло пианино: в баррелхаусах, в дешёвых кабаках и в барах при лесозаготовках, где пианисты обрабатывали двенадцатитактовую форму во что-то ударное и самодостаточное. Одному игроку приходилось быть целым оркестром, и потому стиль поделил работу между руками: ровная катящаяся фигура в левой против блюзовых нот, стиснутых форшлагов и вопросно-ответных фраз в правой. Форму просто описать и невозможно исчерпать на практике, и потому её не перестают играть.

Первым большим бумом стиля стал boogie woogie. Такие пианисты, как Jimmy Yancey, Meade "Lux" Lewis, Albert Ammons и Pete Johnson, гнали в левой руке фигуры по восемь на такт под риффующей правой, а концерт "From Spirituals to Swing" в Carnegie Hall в 1938 году превратил их музыку с квартирных вечеринок во всеобщее увлечение. Рядом шла и более медленная традиция, ночной блюз таких игроков, как Otis Spann в Чикаго, где важна не скорость, а вес: сколько чувства можно повесить на горстку нот.

Блюзовый словарь несёт нагрузку почти во всём, что появилось потом. Джазовые пианисты опираются на него всякий раз, когда хотят сказать что-то прямо, а рок-н-ролльное фортепиано, это блюзовое фортепиано, сыгранное громче. Разбор этих пьес по рукам, это один из самых быстрых способов понять, как язык устроен на самом деле: левая рука, это инструмент грува, правая рука, это певец, а в двенадцати тактах между ними места больше, чем кажется.